Вс. Апр 14th, 2024

Верховный суд Российской Федерации отвергнул оправдательное решение в отношении обвиняемого по вопросу легализации биткоинов, утверждая, что превращение криптовалюты в рубли и их дальнейшее распространение по банковским картам и счетам третьих лиц могут классифицироваться как отмывание средств.

Андрей Тузов, руководитель уголовно-правовой практики юридической компании ЕПАМ в Санкт-Петербурге, отметил в интервью РАПСИ, что важно помнить, что борьба с легализацией — это продвинутая область преступлений, которая раньше других начинает использовать новейшие технологии в обращении с имуществом, имущественными правами и денежными средствами.

Тузов считает, что «через прецеденты судебной практики в сфере борьбы с отмыванием преступно полученных средств, мы скоро окончательно придем к судебному признанию криптовалюты как имущества, с которым можно проводить различные операции, включая платежные».

Уже в 2019 году Пленум Верховного суда РФ признал криптовалюту объектом преступлений, определенных статьями 174 и 174.1 Уголовного кодекса РФ. Однако, согласно судебному реестру, это первый случай, когда высший судебный орган вынес решение, признавающее отмывание криптовалюты.

Основной сюжет

Согласно деталям дела, подсудимый незаконно хранил прекурсоры для производства наркотиков в значительных объемах и принимал участие в незаконном изготовлении мефедрона вместе с организованной группой, также в больших количествах. Суд обнаружил, что доходы от продаж получались в форме криптовалюты, которую подсудимый затем обменивал на рубли и переводил на банковские счета и карты дочери своей женщины.

Суд признал подозреваемого виновным в незаконном обороте наркотиков, однако освободил его от обвинения в легализации преступно полученных денег.

Суд первой инстанции в своем решении указал, что проведение финансовых операций с денежными средствами, полученными путем обмена биткоинов и переведенных на банковские карты с виртуального счета, без внесения этих средств в экономический оборот, не указывает на легализацию доходов, полученных преступным путем. Это объясняется тем, что данные финансовые операции не предоставили законный статус средствам, полученным подсудимым в результате незаконной деятельности, связанной с производством наркотиков в больших объемах.

Аргументы возражения

Заместитель генерального прокурора подал кассационное представление в высшую инстанцию, аргументируя, что подозреваемый умышленно выполнял финансовые операции, переводя средства с виртуального счета на банковские карты, оформленные на имя дочери его сожительницы, тем самым придавая средствам законный вид и вводя более 8 миллионов рублей в легальный оборот.

В ходе выполнения финансовых операций подозреваемый использовал банковские технологии, которые позволяют обойти банковский контроль и исключить возможность идентификации владельцев счетов и лиц, выполняющих соответствующие операции, указал представитель обвинения.

Он также напомнил, что подозреваемый не отрицал это обстоятельство во время допросов.

Взгляд Верховного Суда

Апелляционный суд поддержал решение суда первой инстанции оправдать обвиняемого, но Верховный Суд Российской Федерации обнаружил значительные противоречия в этом решении.

Апелляционный суд первоначально заметил, что без проведения финансовых операций с незаконно приобретенной криптовалютой, включая ее обмен на рубли или другую твердую валюту, обвиняемый не смог бы извлечь выгоду из своих незаконных действий. Однако в следующем параграфе суд указал, что обналичивание денег не привело к их легализации, что привлекло внимание Верховного Суда, как указывается в его решении, проанализированном РАПСИ.

Верховный суд отмечает, что Пленум пояснил, что финансовые операции в контексте статей 174 и 174.1 Уголовного кодекса РФ включают в себя любые операции с деньгами, включая наличные и безналичные расчеты, кассовые операции, и в версии 2019 года указано, что легализация (отмывание) может включать деньги, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), полученные в результате преступления.

Согласно интерпретации закона, указанные финансовые операции призваны скрыть связь между легализуемым имуществом и его преступным источником. Целью таких операций, которые представляют собой обналичивание незаконно полученных средств, в том числе с использованием электронных средств платежа и банковских счетов невиновных лиц, является представление преступно приобретенного имущества как легального. Это было прояснено Верховным Судом.

Согласно решению высшей инстанции, суд первой инстанции установил, что обвиняемый занимался незаконным производством наркотических средств и получал вознаграждение в виде биткоинов, которые переводил на свой виртуальный биткоин-кошелек. Используя банковские технологии, он конвертировал криптовалюту в рубли, а затем осуществлял финансовые операции, переводя деньги на карты и счета других лиц, чтобы придать легальный вид своим денежным средствам.

Высший суд указал, что такой метод получения денег, через последовательные финансовые операции, свидетельствует о его намерении легализовать деньги. Важно отметить, что для привлечения к ответственности по статье 174.1 Уголовного кодекса РФ не обязательно, чтобы легализуемые деньги были введены в экономический оборот. Достаточно установить факт совершения финансовых операций с целью легализации средств.

Таким образом, приговор суда первой инстанции, оправдывающий обвиняемого по части 4 статьи 174 УК РФ, считается незаконным и обоснованным. В связи с этим уголовное дело по этой части направлено на новое рассмотрение в Рязанский областной суд в целях исправления существенного нарушения уголовного закона, которое повлияло на исход дела.

Современная категория преступления

Несмотря на разногласия относительно правового статуса криптовалюты в России, на сегодняшний день суды уже рассматривают ее как платежное средство и имущество, особенно когда речь идет о ее использовании в преступных целях. Об этом сообщил Андрей Тузов, руководитель уголовно-правовой практики в компании «АБ ЕПАМ» в Санкт-Петербурге.

Как и с любым другим имуществом, с криптовалютой можно проводить сделки и финансовые операции, включая те, которые направлены на придание легального характера денежным средствам, полученным из нее. Это означает, что действия, связанные с получением финансовой выгоды в виде криптовалютных переводов и их дальнейшего обращения в традиционные деньги, могут составлять отдельную часть процесса легализации. При этом для того, чтобы квалифицировать действия как легализацию, необходимо установить наличие единой цели — направленного введения денежных средств в легальный экономический оборот, пояснил эксперт.

Тузов также отмечает, что в Постановлении Пленума Верховного Суда России от 7 июля 2015 года №32 говорится, что распоряжение денежными средствами в целях личного потребления не свидетельствует о цели легализации денег, полученных преступным путем. Поэтому правоприменителям следует обращать особое внимание на доказательство именно целей последующих операций (как их использовали).

Использование криптовалюты в уголовном судопроизводстве представляет определенные проблемы, и для разработки единого понимания и подходов в судебной практике потребуется время. Однако, в ближайшем будущем судебное понимание, что криптовалюта является имуществом и может использоваться в различных операциях, включая платежные, окончательно закрепится через судебную практику, особенно в контексте борьбы с легализацией денежных средств, полученных преступным путем.

От admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

PHP Code Snippets Powered By : XYZScripts.com